Кто вы, мистер вице-президент?

31 августа 2026 года президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев подписал указ о назначении Ерлана Карина вице-президентом республики. Этот пост был восстановлен после конституционной реформы 2026 года — ранее такая должность уже существовала в Казахстане при Нурсултане Назарбаеве. Карина называют одним из главных идеологов Акорды. Его новое назначение породило волну слухов о возможном преемстве. Насколько реалистичен такой сценарий и как менялись взгляды Карина за последние два десятилетия — читайте в материале «Ферганы».

От учителя до помощника президента

Ерлан Карин родился 26 мая 1976 года в селе Аксу Сайрамского района Чимкентской области Казахской ССР (ныне Туркестанская область). В 1997 году окончил исторический факультет Актюбинского университета имени К. Жубанова. Позднее получил степень кандидата политических наук в Казахском национальном университете имени аль-Фараби.

Начинал карьеру как учитель и преподаватель, затем занимал руководящие должности в аналитических и исследовательских структурах.

Переломным моментом в карьере Ерлана Карина стал 2003 год, когда он занял пост первого заместителя председателя партии «Асар», основанной Даригой Назарбаевой, дочерью экс-президента Нурсултана Назарбаева. Карин фактически отвечал за идеологическое направление партии.

Параллельно в 2004–2006 годах он возглавлял Международный институт современной политики, а затем Центр антитеррористических программ и руководил экспертной группой по Кыргызстану. В этот период Карин также выстроил рабочие отношения с влиятельными представителями казахстанской элиты, в частности с премьер-министром Каримом Масимовым и председателем КНБ Нуртаем Абыкаевым.

Об интересе Карина к вопросам безопасности свидетельствуют темы его научных и публицистических работ. В их числе — исследования терроризма и радикальных движений в Центральной Азии, а также книга о возможных сценариях передачи власти в Казахстане. Кроме того, Карин занимался развитием боевых единоборств: был президентом республиканской федерации джиу-джитсу и входил в руководящие органы ряда спортивных федераций (подробнее об этом мало изученном факте его биографии можно прочитать здесь).

В 2006–2008 годах Карин работал советником акима Мангистауской области по политическим вопросам. На этой должности он сблизился с Крымбеком Кушербаевым. В тот же период Карин познакомился с Нурланом Нигматулиным, который впоследствии возглавлял Администрацию президента.

В феврале 2008 года Карин перешел в Администрацию президента, где до ноября руководил отделом внутренней политики. Затем стал секретарем Народно-демократической партии «Нур Отан», которую в тот период возглавлял Нигматулин.

В конце 2013 года он отправился на год в США и работал в качестве приглашенного профессора в Американском университете в Вашингтоне. В 2014-ом, по возвращении, возглавил Казахстанский институт стратегических исследований при президенте, а спустя три года — Республиканскую телерадиокорпорацию «Казахстан».

После избрания Токаева президентом в 2019 году Карин стал его советником, а затем секретарем Национального совета общественного доверия. С июля 2020 года он работал помощником президента.

В январе 2022 года Токаев назначил Карина государственным секретарем Казахстана. После упразднения этой должности в июне того же года Карин стал государственным советником.

В начале 2026 года президент в очередной раз предложил упразднить ряд государственных и аппаратных структур, в том числе должность государственного советника. Объявляя об этом, Токаев повернулся к сидевшему справа от него Карину и сказал: «I'm very sorry» («Я очень сожалею») — этот момент активно освещали казахстанские СМИ. Впрочем, сожалеть пришлось недолго и уже с 30 июня Карин стал первым заместителем руководителя Администрации Токаева, а 31 августа — вице-президентом.

Спустя 30 лет

Такая должность уже существовала в независимом Казахстане при прошлом президенте Нурсултане Назарбаеве. Первым и единственным вице-президентом был Ерик Асанбаев, занимавший этот пост с момента провозглашения независимости республики 16 декабря 1991 года.

22 февраля 1996-го Назарбаев освободил Асанбаева от должности, а саму ее упразднил. Асанбаев оказался в дипломатической «ссылке» в Германии, вернулся в страну лишь в 2000 году, уже в статусе пенсионера, и спустя четыре года скончался.

«А ведь именно Асанбаев помог Назарбаеву выиграть битву за власть после Кунаева, когда были конкуренты в лице Камалиденова и Аульбекова», — вспоминает политолог Сырым Иткулов.

Помимо должности вице-президента, в первые годы независимости в Казахстане существовал также однопалатный парламент — Верховный Совет, наделенный широкими полномочиями. «Назарбаев был ему подотчетен и имел очень ограниченную власть. Но его терпения в итоге, хватило всего на 2 года. В 1995-96 годах он разогнал Верховный совет и всех, кто мог ему что-то предъявить еще со времен Кунаева», — отметил Иткулов.

На этом фоне возвращение спустя три десятилетия сразу двух политических институтов политолог считает символичным. «Кто мог подумать, что спустя 30 лет в Казахстан вернется и однопалатный парламент, и должность вице-президента. Круг будто бы замкнулся» — добавил он.

Возможный преемник

Токаев предложил восстановить должность вице-президента в начале 2026 года, выступая на заседании Национального курултая (тогда еще не парламента).

«Предполагается, что вице-президент по поручению президента будет представлять интересы Республики Казахстан на международных форумах и переговорах с делегациями зарубежных государств, представлять интересы президента в парламенте, взаимодействовать с отечественными и зарубежными общественными, политическими, научными и культурно-просветительскими организациями, выполнять другие поручения главы государства», — так Токаев обозначил полномочия своего будущего подчиненного.

Уже в марте на референдуме в Казахстане была принята новая Конституция, которая закрепила статус вице-президента.

Согласно новым положениям, ему предстоит не только выполнять поручения своего начальника, но и занять пост главы государства в случае досрочного прекращения им своих полномочий.

Это породило предположения, что должность вице-президента имеет не только техническое значение, а ее обладатель — рассматривается как потенциальный преемник Токаева. Имя Ерлана Карина в качестве возможного преемника президента звучало и ранее, однако его назначение лишь усилило подобные слухи. При этом говорить о гарантированном будущем преемстве пока преждевременно, считает заведующий сектором Центральной Азии ИМЭМО РАН Станислав Притчин.

«Ерлан Карин, судя по всему, выиграл текущий этап внутриэлитной борьбы и станет вторым человеком в иерархической вертикали республики. Победа, очевидно, промежуточная, с учетом высокой динамики внутренних процессов — только конституционных реформ за последние годы было три», — отмечает эксперт.

По мнению Притчина, пока можно говорить лишь о контурах возможного развития событий. В частности, не исключены досрочные президентские выборы в 2027 году. При этом, действующий президент также может принять в них участие, что недавно подтвердил Конституционный суд. В таких условиях должность вице-президента несколько теряет свою стратегическую значимость по сравнению с первоначальным вариантом реформы, считает эксперт.

Ерлан Карин. Фото пресс-службы Акорды

Политолог Аркадий Дубнов также призывает не рассматривать Карина как безусловного будущего преемника Токаева.

«Согласно новой Конституции Казахстана должность вице-президента не предполагает его самостоятельный политический профиль. Он не выбирается в паре с президентом, как в США, а, скорее, является главным президентским порученцем. И если он не будет справляться с данными ему Токаевым поручениями, президент вправе отправить его в отставку и назначить на его место другого», — отмечает Дубнов.

По его словам, именно эта особенность новой политической конструкции является одной из главных интриг реформы.

«Означает ли восхождение Ерлана Карина на высокую должность его непременную будущность в качестве преемника Токаева? 100-процентного “да” на этот вопрос не просматривается», — заключает политолог.

Идеолог «Нового Казахстана»

Карин сформировался как политический деятель прежде всего рядом с Токаевым. Его называют одним из идеологов «Нового Казахстана» и человеком, участвующим в формировании политических смыслов токаевской эпохи.

Газета «Уральская неделя» в связи с этим вспомнила ранние высказывания Карина. В начале 2000-х, отмечает издание, он рассматривал политическую конкуренцию как одно из условий устойчивости государства.

После парламентских выборов 2004 года Карин писал, что они должны были «заложить основу конкурентной политики в Казахстане», однако вместо этого власть, по его оценке, решила «техническую задачу по обеспечению пропрезидентского большинства». Говоря об официальных результатах, Карин также упоминал «факт масштабных фальсификаций итогов выборов по всей стране».

Не менее важным было его отношение к оппозиции. Карин предупреждал, что недопуск политических противников к парламенту и другим легальным институтам может вытолкнуть недовольство на улицу. Эту мысль он развивал и позже. В 2014 году Карин называл нормальным желание граждан публично выражать протест и предупреждал: «Усугубляющийся кризис оппозиции не повод для радости».

По его мнению, ослабление организованной оппозиции сокращает легальные возможности для выражения недовольства и повышает риск стихийных протестов. Тогда же он сформулировал свое понимание стабильности: «Стабильно — это не когда все довольны и никто не возмущается». По словам Карина, устойчивость общества заключается в том, что недовольные могут существовать, а власть должна их слышать и отвечать им.

В 2024 году Карин по-прежнему признает необходимость политического плюрализма, однако в его риторике все заметнее понятие «красных линий». 5 июня 2024-го, будучи государственным советником, он опубликовал в госиздании «Казахстанская правда» программную статью «Консолидация и развитие» с подзаголовком «Концептуальные основы политического курса президента Касым-Жомарта Токаева». В ней Карин пишет, что в основе современной идеологии Казахстана лежит универсальное понятие «Справедливость», а ключевой идеологемой государственного курса стал концепт «Справедливый Казахстан».

Отдельное место в статье занимает концепция «Новой идеологической платформы». Карин писал, что проводимая с 2019 года политика Токаева основывается на пяти базовых концептах. Первый — «Разные мнения — единая нация» — отвечает на вопрос, что такое справедливость и «Справедливый Казахстан». Второй — «Слышащее государство» — определяет механизм ее достижения через эффективную обратную связь с населением. Третий — «Закон и порядок» — задает методы и средства установления справедливости. Четвертый — «сильный президент — влиятельный парламент — подотчетное правительство» — определяет институциональную модель «Справедливого Казахстана». Пятый — «Адал азамат» — описывает духовно-нравственные ориентиры развития общества и гражданского общества.

При этом Карин обозначил и пределы допустимого в публичной дискуссии, введя понятие «красных линий». Он отмечал, что в Казахстане представлены различные политические взгляды, однако, развитие плюрализма должно сочетаться с приоритетом общенациональных интересов.

«В общественных дискуссиях должна быть обозначена так называемая «красная линия» — redline, выход за которую несет риски для общественной стабильности и противоречит общенациональным интересам страны. «Красные линии» — это не табу, не цензура и не запрет на обсуждение каких-то тем и вопросов. Это призыв к соблюдению корректности и сдержанности в политических дискуссиях», — подчеркивал Карин.

Он отдельно призывал общественных деятелей, СМИ, блогеров и гражданских активистов не допускать раскола общества и нагнетания конфликтов вокруг наиболее чувствительных тем, в числе которых называл межэтнические и языковые отношения, религиозные вопросы и внешнюю политику.

За два десятилетия публичная риторика Ерлана Карина заметно изменилась. Если раньше в центре его внимания находилась прежде всего политическая конкуренция и необходимость учитывать позицию недовольных, то сегодня он говорит о консолидации общества, общенациональных интересах и «красных линиях». Нынешний Карин не отказывается от идеи плюрализма, но стремится вписать его в более жесткие рамки, определяемые государством. Насколько жесткими окажутся эти рамки — казахстанцам предстоит узнать в ближайшее время.