Исчезающий свет Заркайнара

Судьба остатков ташкентского «старого города» висит на волоске

Узбекистан сегодня изо всех сил преследует сразу две цели — приблизиться к развитым странам мира, и стать регионом, привлекательным для иностранных туристов. При этом сохранение самобытности в облике городов трудно уживается с цивилизационными амбициями чиновников и бизнесменов, которые считают «идеальной моделью» современного мегаполиса построенные на стерильном песке небоскребы Дубая.

Но туристы приезжают за настоящей экзотикой, ощущением подлинности, а не за алюминиевыми макетами процветания. Поэтому они едут в древние Бухару и Хиву, используя Ташкент только как неизбежный транспортный хаб. Хотя и столица, переживающая бум сомнительных новостроек, сохранила еще очаровательные уголки национального колорита — традиционные махалли. Однако с каждым годом их становится все меньше, а судьба большинства из оставшихся сегодня висит на волоске.

Уголок махалли Заркайнар. Фото А.Кудряшова/"Фергана", 2021 г.

Махалля «Заркайнар» — одно из таких мест в «старом городе», рядом с проспектами Карасарай и Сагбан. Ее главная улица, продолжение одноименной улицы Заркайнар, в прошлом веке носившей имя поэта-революционера Хамзы, совсем недавно была популярной «туристической тропой» между главными историческими достопримечательностями Ташкента — огромным старогородским базаром Чорсу и культовым комплексом XVI-XIX веков на исторической площади Хазрати Имам.

Сам комплекс в 2006-2007 годах по указу первого президента Узбекистана Ислама Каримова был подвергнут значительной реставрации и реконструкции. Однако проведенные тогда масштабные строительные работы стоимостью более $500 млн. почти не затронули окружающего жилого пространства. Большинство домов, переулков и тупиков сохранили примерно тот вид, который они имели в конце XIX начале XX века.

Прогулка по махалле Заркайнар

Определять на глаз возраст построек в таких махаллях, вообще-то, — занятие неблагодарное. Сами принципы традиционного индивидуального строительства, сформировавшиеся примерно два века назад, нередко применяются в Узбекистане и по сей день, хоть уже и не в городской среде.

В махалле Заркайнар, февраль 2021 г.

Это своеобразные одно или двухэтажные здания, построенные с использованием натуральных материалов. Внутренний деревянный каркас из идеально прямых стволов молодых пирамидальных тополей, придает конструкции прочность и сейсмоустойчивость. Что особенно важно, ведь внутрь каркаса только частично закладывается кирпич, но больше гувал — катыши не обожжённой глины.

Стены таких домов обычно глухие с трех сторон. Внутри глиняного дувала скрывается внутренний двор с садиком и хозяйственными пристройками. Только на фасаде бывает одно или два окна с резными деревянными рамами, в последние годы заменяемые современными пластиковыми стеклопакетами. Входные ворота тоже деревянные, резные, реже металлические. Трубы водопроводных и газовых коммуникаций подходят не по земле, а висят вдоль улиц, вместе с электрическими проводами. Переулки и тупики очень узкие, местами чуть шире плеч взрослого человека. Такая картинка, разумеется, плохо сочетается в представлениях чиновников с образом развитого общества и процветающего населения. Поэтому со времен СССР традиционные махалли в Ташкенте и других крупных городах по мере возможности сводили на нет, заменяя кварталами типовых многоэтажек.

Сегодня ташкентская интеллигенция с неприязнью называет многоквартирные дома «человейниками» и яростно отстаивает от сносов любые малоэтажные постройки — как артефакты истории и воплощения бытового комфорта, экологичности, индивидуальной свободы.

Но власти, уже тридцать лет открещивающиеся от советской идеологии, продолжают смотреть на одноэтажные здания как на трущобы — свидетельство социального неблагополучия.

Сами жители традиционных махаллей воспринимают свое положение неоднозначно. Одни дорожат сложившимся за века бытовым укладом, в котором есть как привычные трудности, так и еще более привычные удобства. Другие не прочь переселиться в новостройки, но при условии, что жилое пространство в них будет не менее просторным. Чего им не гарантируют.

Половины Заркайнара уже нет

В последние годы улица Заркайнар переживает серьезные потрясения. Ислам Каримов кардинально реконструировал площадь Хазрати Имам в связи с присуждением в 2007 году Ташкенту статуса «столицы года исламской культуры». Его же преемник, президент Шавкат Мирзиеев, решил пойти дальше. В декабре 2017 года он лично заложил символический краеугольный камень в постройке исполинского здания-комплекса Центра исламской цивилизации рядом с площадью Хазрати Имам. Примерно четверть жилых домов между проспектами Карасарай и Сагбан — практически половина исторической улицы Заркайнар — были снесены для расчистки пространства под фундамент грандиозного сооружения, «не имеющего аналогов в Центральной Азии». Сотни жителей были переселены.

Снос жилых домов близ улицы Заркайнар продолжается и в эти дни. Фото "Ферганы", февраль 2021 года

Строительство изначально планировалось завершить к концу 2019 года, но не успели. Карантинные мероприятия 2020 года замедлили стройку, но к 1 сентября 2021 года — 30-летию Независимости Узбекистана она наверняка будет завершена.

Центр исламской цивилизации (ЦИЦ), несомненно, будет играть очень важную роль в политической и культурной жизни страны. Но уживется ли в близком соседстве с ним старинная махалля Заркайнар?..

До самого недавнего времени этот вопрос витал в воздухе. 12 июня 2020 года в ходе обсуждения перспектив развития Аламазарского района Ташкента власти озвучили общий план кардинальной реконструкции всего «старого города».

«На площади в 482 гектара, включая рынок Чорсу, улицы и махалли «Заркайнар», «Сагбон», «Себзор», «Карасарай», «Гузальбог» и другие, будет создано туристическое, коммерческое и развлекательное пространство — музей под открытым небом. Будут организованы ремесленные мастерские и лавки, чайханы, гостиницы, небольшие музеи»,было сказано в сообщении пресс-службы президента.

Звучит вроде бы радужно — не снос, а создание туристического и культурного пространства.

Но никакой конкретики, никакого детального проекта общественности представлено до сих пор не было. А из практики предыдущих «благоустройств» многих достопримечательностей в Ташкенте, Самарканде, Бухаре и Хиве общество вынесло определенные опасения.

Они обусловлены существующий разностью взглядов на то, что такое история и культура вообще. С туристами как раз проще всего. Любой гид знает, что современному туристу, прежде всего, нужны четыре вещи — интересное место, доступный Wi-Fi, туалеты со стульчаками и приличный отель неподалеку (с тем же вайфаем, чистыми простынями, работающим душем и съедобным завтраком). То есть то, чего именно никогда и не хватает. А вот пластиковые макеты, безвкусные алюминиевые прилавки, новодельные скульптуры, заборы, ограды, брусчатка, фонари и фонтаны — совсем, мягко говоря, не обязательны.

На видео: примерно так власти Ташкента представляют себе «реконструкцию» старых районов.

Многие убеждены, что если традиционные махалли «старого города» исчезнут в своем самобытном виде, туристы перестанут задерживаться в Ташкенте даже на один день. Заметно обеднеет и жизнь самих горожан.

Есть ли альтернатива?

О реконструкции ташкентского «старого города» спорят со времен СССР. Знатоки помнят проекты и по полному сносу района и возведении ве на его месте гигантских небоскребов. К счастью, мечты мечты властей о ликвидации «бедняцких трущоб» пока не осуществились.

В 2012 году вышло постановление тогдашнего президента страны Ислама Каримова по реконструкции, благоустройству и развитию «старого города» Ташкента до 2020 года. Данным постановлением предусматривалось сохранение своеобразия исторически значимых объектов, исторического облика района, улучшение условий проживания в махаллях, в частности, подвод всех коммуникаций.

«В том же году были созданы специальные рабочие группы, в которые входили специалисты различных проектных институтов, в том числе и архитектурного института. Мы тогда обследовали улицу Заркайнар, буквально каждый дом, — рассказывает Тимур Нурулин, ныне главный архитектор ташкентского Метропроекта. — Наша группа работала от имени Архитектурно-строительного института и ТашГенПлана под руководством покойного профессора Ахмедова М.К., архитектора ТашГенПлана Акопджаняна В.А. Проект выставлялся в ТашГенПлане в зале Союза Архитекторов. Был организован смотр, были выставлены результаты обследования текущего положения «старого города», с проектами и предложениями. Туда приезжали чиновники разного ранга, так как этот результат должен был быть доложен тогдашнему первому лицу. Продемонстрировали ли ему в итоге — я не знаю, тогда это узнать было невозможно. Но после грандиозного шума наступила тишина. И ничего не пошло, хотя это было постановление президента».

Ниже в галерее — фрагменты проекта благоустройства улицы Заркайнар авторства группы Тимура Нурулина, 2012 год.

«Общее мнение ведущих архитекторов страны тогда заключалось в том, что улицу Заркайнар необходимо сохранить в первую очередь, и сделать ее образцово-показательной для туристов, — говорит Тимур Нурулин. — Но дело, как мы видим, дальше той большой презентации не пошло. Прошло уже девять лет, и половины улицы нет».

Чтобы не разрушили «под шумок»

К сожалению, сегодня судьбу городов Узбекистана решают не специалисты по градостроительству, а чиновники. Против варварского волюнтаризма чинуш выступает общественность, заявляют свой протест местные и зарубежные искусствоведы и архитекторы.

Даже старый друг правительства Узбекистана, всегдашний апологет внутренней и внешней политики Ташкента, известный американский ученый Фредерик Старр — и тот в конце прошлого года жестко раскритиковал узбекских чиновников за неуважительное отношение к памятникам культуры.

Выступая в декабре 2020 года в Ташкенте, на открытии международного форума «Культурное наследие Узбекистана», профессор Фредерик Старр заявил, что «ни один аспект исторической архитектуры Узбекистана не представляет большего потенциального интереса для современного мира, чем простые дома жителей и обнесенные стенами комплексы, которые можно найти в древних кварталах Бухары, Самарканда, Ташкента и других исторических городов».

Он особо подчеркнул, что городские власти в Ташкенте и в других местах совсем не заинтересованы в сохранении исторического наследия. «Вместо того, чтобы защищать и сохранять целые кварталы, они безжалостно рушат все. Узбекистан отчаянно нуждается в законах, которые защитят целые исторические районы и в гражданском движении за сохранение исторического наследия, которое будет настаивать на том, чтобы такие законы действительно приводились в действие», — подчеркнул Старр.

* * *

Остается надеяться, что и ташкентские власти, и лично президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев серьезно задумаются о последствиях уничтожения «старого» лица узбекской столицы.

Господа! Не разрушайте сокровища, которые лежат у ваших ног! Сохраните самобытный «старый город»!

И нынешнее общество, и туристы, и все последующие поколения будут вам за это только благодарны.

Виды махалли Заркайнар по состоянию на февраль 2021 года зафиксировал для потомков собственный корреспондент «Ферганы» в Ташкенте Андрей Кудряшов.

* * *

Данная статья подготовлена на средства, пожертвованные нашими читателями. Примите и вы участие в нашем проекте — поддержите «Фергану»! Форма для моментального перевода любой суммы на наш счет - здесь.

Заранее спасибо всем!

  • Режиссер-классик Али Хамраев уверен, что Ташкентский кинофестиваль «всколыхнёт болото»

  • Один из флагманов экономики Узбекистана рассчитывает увеличить прибыль за счет новых месторождений и цифровых технологий

  • В Узбекистане на озерах Айдаркуль, Тузкан и Тудакуль создадут рекреационные зоны

  • Канал Euronews назвал участие Узбекистана в архитектурной выставке в Италии «визитной карточкой» события