Я знаю, что мы все так делаем. Концерт? Достаём камеру. Школьный спектакль у детей? Достаём камеру. То есть, простите, телефон. Этот автоматический жест настолько глубоко засел в подсознании, что мы даже не успеваем заметить, как это происходит. И нет, дело не только в соцсетях. Я снимаю огромное количество фото и видео своих детей без малейшего намерения когда-либо выкладывать их в интернет.
Я бережно всё это храню, иногда использую редактор видео онлайн, работающий прямо в браузере (мой любимый вариант, Clideo) и очень редко, но с огромной гордостью показываю некоторые из них друзьям и родственникам.
При этом меня давно интересует один вопрос. А не страдает ли от всего этого наша память? Чтобы ответить, придётся обратиться к исследованиям и нырнуть в тему с головой. Люди умнее меня, то есть исследователи цифровой автобиографической памяти, описывают такие записи как внешние носители воспоминаний, которые могут выполнять как личные, так и социальные функции.
Но погодите, есть ещё один удивительно точный термин. Aнтиципаторная ностальгия: чувство будущей утраты чего-то ещё до того, как это действительно закончилось. Отпуск ещё продолжается, а вы уже знаете, что будете по нему скучать. Ваш ребёнок всё ещё маленький, но вы уже можете представить день, когда это изменится. Телефон оказывается в руке отчасти потому, что текущий момент уже приобрёл ценность в будущем. По сути, мы снимаем что-то для себя через шесть месяцев, пять лет или двадцать лет.
Парадокс памяти: что происходит, когда мы достаём телефон
Если мы записываем какой-то опыт, потому что хотим его запомнить, это вовсе не означает, что помнить мы будем лучше. Для всех нас, кто снимает видео ежедневно, это кажется почти болезненно очевидным. А под «всех нас» я, собственно, и имею в виду всех. Но учёные не доверяют бытовым ощущениям. Им нужны эксперименты.
В музейных экспериментах психолога Линды Хенкель участники фотографировали одни объекты, а другие просто рассматривали. Позже они хуже помнили именно те предметы, которые фотографировали, и могли воспроизвести меньше деталей. Этот эффект получил название эффект ухудшения памяти при фотографировании. Интересно, что он частично исчезал, когда участники приближали отдельные детали объекта. Похоже, иногда КАК мы снимаем имеет не меньшее значение, чем ЧТО именно мы снимаем.
Здесь важно кое-что уточнить. Формула камера = злодей никуда не годится. Камера не уничтожает память и не делает нас глупее. Другие исследования показали, что фотографирование может усиливать визуальную вовлечённость и даже повышать удовольствие от происходящего, если выбор объекта для съёмки заставляет человека внимательнее смотреть вокруг.
А теперь тяжёлая артиллерия. В трёх полевых и шести лабораторных экспериментах исследователи Кристин Диль, Галь Зауберман и Аликсандра Бараш обнаружили, что фотографирование нередко усиливает удовольствие от положительных событий, поскольку повышает вовлечённость человека в происходящее. Однако если сама съёмка начинала мешать опыту, этот эффект мог исчезнуть.
Иными словами, настоящий разговор здесь не о телефонах, а о внимании и автопилоте. Вовлечены ли мы в то, что снимаем? Осознанно записать одну важную деталь — совсем не то же самое с когнитивной точки зрения, что полконцерта держать телефон над головой.
Что происходит после записи?
Вот теперь начинается самое интересное. Видеоархивы обычно огромны. Но к сырому материалу очень трудно возвращаться, по крайней мере, мне. Выходные в другом городе могут существовать в виде 83 фрагментов с повторяющимися видами, случайными записями, пятью версиями одного и того же заката и одним роликом, который начинается с фразы: «Он вообще снимает?» Технически это сохранение воспоминаний. Но это ещё не история. Хотя потенциал у неё есть.
Я неслучайно упомянула монтаж. Clideo, например, работает прямо в веб-браузере и не требует установки настольной программы. В основном видеоредакторе есть многодорожечная временная шкала, на которой можно объединять видео, фотографии, текст и аудио в одном проекте. Клипы можно обрезать, разделять, менять местами, кадрировать и изменять их размер, а также регулировать скорость, громкость, яркость и контраст. Несколько визуальных элементов можно расположить в формате «картинка в картинке», разделённого экрана или коллажа. В редакторе также есть готовые форматы для горизонтального, квадратного и вертикального видео. Он работает в браузере на Windows, macOS, Android и iOS.
Если речь идёт о личных воспоминаниях, большинство этих функций можно использовать предельно просто. Загрузить удачные фрагменты из отпуска или семейного события, убрать пустые секунды в начале и конце, расположить всё в хронологическом порядке и вырезать повторы. Сорокасекундный вид с балкона отеля на деле может содержать всего четыре секунды, которые действительно стоит оставить.
Clideo позволяет добавлять музыку и текст, поэтому дата, название города или короткая подпись помогут сохранить контекст, который удивительно быстро стирается из памяти. Там также есть отдельные инструменты для субтитров и автоматического создания субтитров. Это особенно полезно, если вам хочется сохранить именно детскую реплику, шутку друга или кусочек разговора. Фотографии можно сочетать с видео, а материалы, снятые в разных ориентациях, обрезать или масштабировать так, чтобы итоговый ролик выглядел более цельно.
Личные видео создают и вполне практические проблемы. Большие файлы неудобно отправлять родственникам или хранить сразу в нескольких местах. В Clideo есть отдельные инструменты для сжатия, объединения, конвертации, обрезки и изменения размера видео, поэтому материал необязательно оставлять в первоначальном громоздком виде. Инструмент сжатия предлагает несколько уровней компрессии, а зарегистрированные пользователи могут сохранять проекты онлайн. Clideo Pro убирает водяные знаки и увеличивает лимиты на размер файлов и качество, а текущая версия редактора поддерживает экспорт в MP4 и GIF, включая варианты более высокого качества вплоть до 4K. И всё это вовсе не означает, что семейное видео нужно превращать в кинопроизводство. Идея скорее противоположная: взять двадцать забытых фрагментов и сделать из них один короткий ролик, который кто-то действительно посмотрит.
Может быть, мы вовсе не снимаем слишком много
Исследования показывают, что значение имеет и сам факт возвращения к сделанным снимкам. В экспериментах, посвящённых воспоминаниям о сфотографированных событиях, просмотр необработанных фотографий впоследствии улучшал узнавание и память о деталях исходной сцены. Иными словами, сохранить что-то и потом к этому вернуться, это две разные части процесса памяти. И в первой из них мы невероятно активны, а вторую постоянно игнорируем.
Если посмотреть на наши фотоплёнки с этой точки зрения, они начинают выглядеть немного иначе. То, что большинство роликов давно не включали, ещё не означает, что снимать их было бессмысленно. Это огромные, плохо организованные личные архивы, которые просто ждут, когда к ним снова вернутся. Большинство этих видео никогда и не предназначались для развлечения аудитории. Это маленькие страховки от забвения.
Ирония в том, что мы стали невероятно хорошо оформлять эту страховку и поразительно плохо ею пользоваться. Возможно, решение вовсе не в том, чтобы перестать снимать каждый закат, каждую свечу на праздничном торте или каждый нелепый момент с друзьями. Возможно, нужно просто иногда возвращаться к архиву, выбирать то, что действительно имело значение, вырезать всё лишнее и делать воспоминание достаточно коротким, чтобы оно могло снова ожить.
