Чашме — труба

Самарканд теперь все время будет уходить под воду после сильных дождей?
Затопленная улица в Самарканде. Фото МЧС Узбекистана

Исторически в Средней Азии города никогда не основывали на таких больших реках, как Амударья, Сырдарья или Зеравшан, по причине изменчивого русла и сезонных паводковых затоплений пойм рек. Самарканд, как домонгольский на городище Афрасиаб, так и тимуридский в Старом городе, расположен в пяти и шести километрах (соответственно) от реки Зеравшан, названой персами Золотоносной, а греками — Многоуважаемой (Политимет).

Шахристан (часть города, находившаяся внутри городских стен, но снаружи цитадели. – Прим. «Ферганы») первого Самарканда на городище Афрасиаб окружали два притока Зеравшана – Сиаб (Черная река) и Оби-Машад (река у места мученической гибели Кусам ибн Аббаса), которые, как и Оби-рахмат, питали знаменитый акведук Джуи-арзис, созданный по римскому образцу в первые века нашей эры, сделанный из керамических и свинцовых труб. Именно его разрушение по приказу Чингисхана на шестой день осады Самарканда весной 1220 года, ровно восемь веков назад, привело к падению, а затем и к полному запустению первого Самарканда – городища Афрасиаб.

Спустя полтора века, когда Тимур ибн Тарагай Барлас решает сделать Самарканд столицей своей империи, его духовный учитель Мир Саид Барака советует не восстанавливать старый разрушенный Самарканд на Афрасиабе, а выбрать другое место для основания города и строить крепость-цитадель у источника Чокардиз, который позднее стал называться Новадон, а еще позже любовно назван местными жителями Чашма, что означает источник, ручей.

Затопленная улица в Самарканде. Фото предоставлено Дмитрием Костюшкиным

На Востоке цена воды известна испокон веков, тем более в Узбекистане, где свыше 60% территории – это степи и пустыни. За последние годы нехватка воды ощутима даже в таких плодородных долинах, как Ферганская и Зеравшанская, а посевы риса в Хорезмской области в 2018-2019 годах сокращены наполовину. Зороастрийцы почитали воду как одну из священных стихий наряду с огнем, землей и воздухом. Мусульмане всегда помнили хадис «Вода есть госпожа (лучший напиток) напитков обитателей Рая». Даже монголы, разрушавшие города и ирригацию целых государств, убивали любого воина, который портил воду нечистотами. А поговорку, вернее, истину, выстраданную и понятую многими поколениями, что «вода – это жизнь», можно до сих пор услышать во многих кишлаках и горных селениях Узбекистана.

Почему же теперь, в двадцатые годы XXI века, коренные жители Самарканда, жемчужины Востока, города, внесенного в Список Всемирного наследия ЮНЕСКО, должны страдать в своей повседневной жизни, переходя вброд дороги, и убегать из своих затопленных домов? И затоплены они не из-за весенних гроз и ливней, эти погодные явления как раз для Самарканда не новость.

Ответ кроется в том, что говорят и пишут жители домов на улице Омара Хайяма, расположенной по руслу Чашмы.

Дело в том, что в октябре 2019 года мэрия Самарканда решила замуровать несколько исторических каналов и речек, которые проходят по старой части города. В том числе было принято решение убрать в трубу «коллектор Чашма», который проходит вдоль улицы Хайяма, собирает воды нескольких подземных источников и вливается в Сиаб, который в свою очередь впадает в реку Зеравшан, которая разбивается холмами Кухак-Чупан-ата под Самаркандом на два потока – Ок-Дарья и Кара-Дарья — и потом течет до самой Бухары.

Жители рассказывают, что система речек и каналов города была заброшена властями, и Чашма заросла илом и водорослями. Началось сваливание туда мусора, в канавы сливали канализацию. Вместо того чтобы очистить Чашму и указать жителям на нарушения, власти просто закрыли приток в трубу, а сверху уложили асфальт. Как говорится, с глаз долой. А в отчетах можно отрапортовать, что дорогу расширили.

Потоп в Самарканде. Фотографии предоставлены Дмитрием Костюшкиным

Практически все жители были против такого проекта. К тому же Чашма протекает по исторической и буферной зонам города, охраняемым ЮНЕСКО, в непосредственной близости от мавзолеев Гур Эмира и Рух-Абад с одной стороны — и площади Регистан с другой. Однако никакого согласования работ с этой международной организацией проведено не было.

Вместо этого власти, как всегда, поспешно, без всякого конкурса определили подрядчика, выделили деньги — и работа закипела. Несколько активистов выразили мнение, что труба не сможет справиться в случае сильных дождей, а близлежащие дома просто затопит.

Результат не заставил себя ждать. С начала апреля многие дома вдоль улицы Омара Хайяма начало подтапливать, а в начале апреля после ливней и циклона улица превратилась в бушующую реку. Жители домов были вынуждены выносить мебель и вещи, детей и стариков на руках из домов, потому что стены начали рушиться, чего никогда не было даже во время стихийных бедствий в богоспасаемом Самарканде. До сих пор ущерб не подсчитан, а хокимият предложил пострадавшим жителям временно пожить в арендованных квартирах, причем администрация готова компенсировать 1 млн сумов (чуть меньше $100) в месяц. Однако сейчас снять квартиру в Самарканде стоит $150-200, и никто не хочет сдавать квартиры за национальную валюту.

Многие мужчины не захотели оставить свои дома, они полагают, что придется спасать здания после каждого сильного дождя. Но все пострадавшие семьи очень интересуются, какая организация получила 5 миллиардов сумов на улучшение условий жизни в Самарканде (Эти деньги были выделены в 2018 году, в том числе и на ремонт дорог. – Прим. «Ферганы»). Почему проект не был согласован с ЮНЕСКО? Какую ответственность должны нести власти и как они планируют исправлять ситуацию? Кому это будет поручено? И, наконец, почему и кем так безалаберно тратятся деньги налогоплательщиков?

Со своей стороны отмечу, что потоп в Самарканде стал результатом поэтапного разрушения экологической системы и инфраструктуры города, сработал эффект падающего домино.

Началось все с середины десятых годов, когда свершилось крупномасштабное строительство резиденции покойного президента Каримова на месте так называемой обкомовской дачи в конце Университетского бульвара. Разрушили целую махаллю (квартал), а вместе с ней и русло небольшой речки. Грохот проезжающих днем и ночью КамАЗов, груженых грунтом, не давали спокойно ни жить, ни спать жителям всего района. Впоследствии дорожное покрытие пришлось переделывать несколько раз, а новодельная дорога постоянно разрушалась из-за подземных вод. К слову сказать, этой весной именно эта часть дороги превратилась в плавательный бассейн.

Чашма. Фото Дмитрия Костюшкина

С Чашмой произошла такая же история, ведь и она является частью очень сложной подземной и речной системы, которая в народе называется «Лимонадка» по названию завода по производству напитков. Все эти источники, кроме одной трубы, из которой сейчас идет потоп, были замурованы либо просто уничтожены. Например, когда-то существовал летний кинотеатр на Чашме, возле него было несколько источников. Кинотеатр разломали, землю продали, источники осушили таким же варварским способом.

Городские власти уже заявили, что причиной потопа стали незаконные постройки, возведенные гражданами вдоль и над коллекторами. Чиновники подсчитали, что необходимо снести свыше 300 построек вдоль канала. Но местные жители, живущие по руслу Чашмы, не согласились с этой официальной версией и потребовали ее опровержения. Они рассказали, что с самого начала были против проекта забетонировать Чашму и «закатать ее в трубу». Они протестовали открыто и официально, но их мнения и документы не были услышаны или приняты.

Целый район Самарканда, что расположен вдоль русла Чашмы, оказался в беде не по вине стихии, а из-за многолетних неверных решений мэрии. Все владельцы домов и участков имеют официальные кадастры, и заявления властей о трех сотнях незаконных построек не только беспочвенны, но и наивны: эти постройки относятся к XIX-XX вв.


Читайте также